Старшие поколения все еще помнят запахи настоящей колбасы из натурального мяса

Я рад, что газета «ГД» решила обратиться к теме технического регулирования через конкретные жизненные примеры поставок продуктов питания на отечественный рынок. Эта проблема только на первый взгляд кажется частностью. На самом деле в ней кроются глубинные причины мрачной статистики о продолжительности жизни россиян, коррупции и даже технологического отставания целых отраслей экономики.

Поясню, что термин «техническое регулирование» означает создание новой правовой базы для самых различных производств с тем, чтобы никто не мог ни производить, ни продавать на российском рынке продукцию, угрожающую здоровью граждан. В этих целях в 2002 году был принят Закон «О техническом регулировании», призванный заменить существующие ГОСТы, СНиПы, СанПиНы, всю эту устаревшую, забюрокраченную и непрозрачную систему контроля за производством и реализацией различных товаров, которую мы унаследовали от плановой советской экономики. Речь идет о принятии порядка 400 – 450 федеральных законов. К сожалению, судьба базового закона о техрегулировании оказалась сложной. Его три года торпедировали и отраслевые лоббисты, и ведомственные чиновники, которые лишались права издавать «нужные» нормативные акты. Тем не менее Комиссии ГД по техническому регулированию все же удалось сломить сопротивление, и   минувшей весной мы приняли наконец в первом чтении технический регламент «О молоке и молочной продукции».

Значение этого закона трудно переоценить. На его примере можно наглядно показать, какие защитные меры нужны обществу для того, чтобы удалить с прилавков магазинов различные суррогаты и подделки продуктов, других товаров. Уже к концу года, когда новый техрегламент будет принят и вступит в силу, названия «молоко», «молочко», «сметанка», «маслице» нельзя будет тиражировать на упаковках, в которых находится совсем другой, так называемый восстановленный продукт. Этот субпродукт и ему подобные должны называться своими именами как заменители.

Социологические исследования показывают, что покупатели как правило не читают информацию о содержимом продукта. Зачастую такая информация набрана настолько мелким шрифтом, что без увеличительного стекла ее и прочитать невозможно. Более того, сплошь и рядом надзорные органы выявляют откровенный обман покупателей. Например, только семь процентов товара, продаваемого под брендом «Масло коровье», является таковым. Остальное, что покупатель принимает за цельный продукт, это – или комбижир, или маргарин, или еще какой­нибудь суррогат.

Практически та же картина наблюдается и с мясными продуктами. Старшие поколения все еще помнят запахи настоящей колбасы из натурального мяса. Сегодня – заходишь в магазин, прилавки ломятся от всевозможных колбас, а колбасой не пахнет. Причина в том, что в колбасных продуктах должно быть исключительно охлажденное мясо. Но, оказалось, что нашим мясоперерабатывающим заводам выгодней работать с глубокой импортной заморозкой, пролежавшей на складах порой многие годы, использовать соевые и прочие заменители.

В то же время отечественные производители мяса не могут реализовать свою продукцию, поскольку свежий, натуральный продукт всегда дороже. В результате страдает потребитель – все мы. Нам, извините за термин, впаривают «благодаря» агрессивной рекламе различные мясоподделки. Мы платим деньги как за натуральный продукт, но в результате получаем проблемы со здоровьем плюс всеобщее негодование.

С вступлением в силу нового технического регламента о молоке потребителю станет более понятно, какой продукт он покупает. В техрегламенте будут жестко установлены термины и названия. Так, вся молочная продукция будет подразделяться на три категории продуктов: натуральные молочные продукты из молока и молочных ингредиентов, составные  молочные продукты и молокосодержащие. А в жизни это правило будет работать так: если продукт содержит  растительные заменители молочного жира или в его составе превышена норма содержания сухого молока, и тем более – растительные жиры, то в его названии нельзя будет использовать привычные нам термины «сметана», «масло», «творог», «сгущенка».

Хотя производство и продажу порошкового молока никто запрещать не будет. Но оно уже будет иметь иное название – «Восстановленное молоко» и соответственно другую цену.  Человек сам определится, какой продукт ему купить: цельный, но более дорогой, или дешевый заменитель. Главное здесь – исключить заблуждение покупателя и даже откровенный обман. В странах, где техрегламенты работают давно, эти правила выполняются неукоснительно. Скажем, если в молочном продукте присутствует хотя бы 1 процент порошкового молока, никто не рискнет назвать его «молоком» или «маслицем». У нас, к сожалению, даже кефир и простоквашу умудряются делать из порошка.

Техрегламент, как и любой другой закон прямого действия, даст возможность надзорным органам, прежде всего Роспотребнадзору, Ростехнадзору и Ростехрегулированию употребить суровые санкции как к торговцам, так и к производителям молочных продуктов, вплоть до изъятия лицензии и ареста продукции через суд. Правда, для эффективной работы надзорных служб нам придется восстановить разветвленную систему испытательных лабораторий, большинство из которых в лихие 90­е годы перешли в частные руки и были перепрофилированы. А если заглянуть немного вперед, отраслевые техрегламенты будут принуждать участников рынка к переходу на новые технологии, на выпуск доброкачественной продукции. И самое главное: они позволят воссоздать полностью всю цепочку производства на основе новых стандартов качества и безопасности, ликвидируют избыточные и устаревшие требования со стороны ведомств и служб, которые и создают коррупционную среду в данной сфере. В конечном счете социально значимые техрегламенты нацелены на обеспечение здоровья наших детей и здоровья наших граждан.

Первый «стандарт в законе», если можно так выразиться, – это еще и сигнал для бизнес­ассоциаций. Лед тронулся. Период споров по поводу того, кто должен принимать регламенты, теперь позади. Нужно наверстывать упущенное время, сформировать хотя бы основную базу нового технического законодательства.