Представьте ситуацию: вы живете в поселке N. Работаете, платите налоги, ходите голосовать, если случаются выборы. Но однажды вы решаете начать новую жизнь – продать квартиру в поселке и уехать в город. И здесь выясняется, что продать вы ничего не можете, потому что… юридически поселка N. не существует. Скажете, бред? А вот и нет – таких «несуществующих» поселков в стране сотни. И легализовать их у местных властей нет никакой возможности. В этом корреспондент «ГД» убедился лично, побывав в Смоленской области.

Вот моя деревня

Если притормозить на 386 километре трассы Москва–Минск, вы увидите здоровенный забор, скрывающий какие-то промышленные постройки и трубы, а рядом – несколько двухэтажных домов. Это и есть «несуществующая» деревня с режущим ухо названием ДРСУ-5.

Забор принадлежит дорожно-эксплуатационной организации, которая квартирует здесь с 1950-х годов. Для своих работяг дорожники выстроили рабочий поселок. Название его менялось вместе с названием предприятия: ДЭУ-4, ДЭУ-5, ДЭП-800… Наиболее живучим оказалось последнее – деревня ДРСУ-5. Держится оно уже лет тридцать. Аббревиатура, легко догадаться, означает «дорожно-ремонтное строительное управление».

– Какая такая несуществующая? – возмущается местный житель Михалыч. – Я живу и работаю здесь с 1977 года, сразу как из армии вернулся. Два сына у меня тут родились. Деревня одна, поди, все ее знают, и в паспорте у меня написано: ДРСУ-5…

С 1976 года жители деревни не знали особых проблем. В домовых, хозяйственных и нотариальных книгах поселение фигурировало как ДРСУ-5, и вышестоящие организации принимали это без каких-либо нареканий. Гром грянул недавно. Один из местных собрался продать квартиру, подал документы о сделке на регистрацию – и получил от ворот поворот. Оказалось, дошлый регистратор не поленился заглянуть в федеральный Общероссийский классификатор объектов административно-территориального деления (ОКАТО). И обнаружил, что деревня ДРСУ-5 там не числится. А как можно регистрировать сделку в населенном пункте, которого нет?!

Аргумент был настолько неожиданным, что взбудораженные жители двинулись «разбираться» к главе муниципального образования Дивасовское сельское поселение Татьяне Пигалевой. Выяснилось, что и в уставе образования деревни нет, упомянута она только в уставе Дивасовского сельского округа.
Жители возмутились. Получалась форменная ерунда – с точки зрения федеральной власти, деревня оказалась пустым местом на карте. Тут стало понятным, почему в ДРСУ-5 не проводилась Всероссийская перепись населения. Для переписчиков деревня – более 220 граждан – тоже не существовала…

Назовите хоть горшком

«Разборка» кончилась тем, что Пигалева создала комиссию по сохранению названия деревни ДРСУ-5 и ее узакониванию. Вот здесь и началось самое интересное. Но прежде два слова о процедуре. Вносить изменения в ОКАТО можно только на основании законодательных актов. Таким актом в данном случае является постановление Смоленской областной думы, которое затем утверждается в правительстве РФ.

Казалось, логичным было образовать деревню с таким названием заново. Но дело уперлось в ряд законодательных преград. Вот как рассказывает об этом начальник отдела юридической работы департамента Смоленской области по вопросам административно-территориального устройства и развития местного самоуправления Татьяна Карнюшина:

– Сначала депутаты отказали на том основании, что нельзя образовать деревню, которая фактически существует более 30 лет. Тогда мы предложили решить вопрос по-другому. Буквально в двух шагах от ДРСУ-5 есть заброшенная деревня Ильюшино, в которой давно никто не живет. Почему бы не переименовать ее в ДРСУ-5? Но и это оказалось невоз­можным. Дело в том, что федеральный закон «О наименовании географических объектов» дает закрытый перечень ситуаций, когда можно переименовывать названия населенных пунктов.

Одна из них – изменение аббревиатуры на «нормальное» словосочетание. Но эта же норма, по мнению областных думцев, фактически запрещает обратное действие – присвоение названий-аббревиатур. А ДРСУ-5 – как раз аббревиатура, и присваивать ее «нормальной» деревне Ильюшино нельзя…

Простое, на первый взгляд, дело сразу зашло в тупик. И не только в случае с ДРСУ-5. В соседнем Козинском районе квартирует еще одно крупное «нелегальное» поселение – деревня Тепличный комбинат №1. Как следует из названия, образовалась деревня возле одноименного предприятия, причем еще в 1976 году. Внешне это четыре двухэтажных дома, выстроенных перед въездом на территорию тепличного хозяйства, в которых живет около 200 человек. Из-за того, что деревни нет в федеральном реестре, в округе нет даже продуктового ларька – его просто-напросто нельзя открыть в несуществующем населенном пункте. Поэтому в магазин приходится ходить за два километра через поле, а детей отправлять в школу аж в Смоленск.

– Да привыкли мы, – пожимает плечами жительница деревни Алина Филипповна Рабкова. – Я вот работаю на комбинате тепличницей – с 1968 года и до сих пор. Специализируюсь на выращивании огурцов. Давно говорят, что поселку надо название придумать. Но живем-то мы на отшибе и, похоже, никому не нужны…

Амнистия поможет

По сути, это типовая ситуация. Огромное число поселков, возникших рядом с предприятиями, – юридически нелегальные. Только в Смоленской области число фактически существующих населенных пунктов, в которых постоянно проживает население, но существование которых не закреплено юридически, насчитывается около тридцати. В целом же по России их тысячи.

В 1970–80-е годы, когда они создавались, местные власти по халатности не проводили должным образом процедуру регистрации. Кроме того, облисполкомы подавали сведения о населенных пунктах в обязательном порядке лишь в земельные комитеты, поскольку именно эти учреждения напрямую работали с населением. А вот на подачу сведений в органы статистики в советские времена смотрели сквозь пальцы – мол, кому это надо. Годы спустя несостыковки всплыли наружу, когда стал формироваться Всероссийский реестр населенных пунктов – именно на основе данных статистики…

– Мы попытались разрубить этот гордиев узел, – говорит начальник областного департамента по вопросам административно-территориального устройства и развития местного самоуправления Владимир Васильев. – По нашему областному закону, реестр административно-территориальных единиц утверждается постановлением администрации Смоленской области.

Сегодня мы решаем вопрос о включении «проблемных» населенных пунктов в такое постановление. Черновой вариант уже подготовлен, он прошел стадию окончательного согласования с органами местного самоуправления. Предстоит еще со­брать рабочую группу, чтобы обсудить проблемы, возникшие при подготовке реестра. А там будем смотреть, как отнесется к нашей инициативе федеральная власть…

Но есть в таком способе загвоздка. По словам Васильева, если при этом населенным пунктам вроде Тепличного комбината давать «человеческие» названия, обмен всех документов, где упомянуто прежнее название, – паспортов, свидетельств о приватизации, других актов – придется оплачивать жителям из собственного кармана. А пойти на такое нельзя – наверняка часть граждан не поддержит эту затею. По мнению Владимира Васильева, было бы правильным решить проблему на федеральном уровне – разом для всей страны.

– Почему бы не сделать территориально-административную амнистию? – спрашивает Васильев. – Скажем, в начале 2008 года выйдет постановление российского правительства: в течение года органы госвласти на местах должны по местным реестрам внести необходимые уточнения в реестр федеральный. С точки зрения федерального уровня, это позволило бы более точно провести грядущую Всероссийскую перепись населения в 2010 году. С точки зрения областного руководства – постановление дало бы возможность предусмотреть в местных бюджетах средства для замены документов гражданам…

Пока же воз и ныне там. Сотни тысяч россиян из «несуществующих» поселков де-юре живут бомжами. И закон считает, что это нормально.

Андрей ПОЛУНИН, наш спец. корр., Смоленская обл., фото автора

Фактически существующие на территории Смоленской области населенные пункты, в которых постоянно проживает население, но существование которых юридически не закреплено: деревни Максимовка (19 чел.), Введенск (14 чел.), Груздево (15 чел.), Прудцы (10 чел.), Шапкино (5 чел.), Пышково (41 чел.), Коренное (78 чел.), Ефремово (37 чел.), Баранцево (4 чел.), Сапегино (15 чел.), Титово (17 чел.),Тепличный комбинат №1 (179 чел.), Туркомплекс Соколья Гора (30 чел.), Балластный карьер (8 чел.), ДРСУ-5 (234 чел.), Староселье (10 чел.).