Фарфор для жителей Запада испокон веков был не только предметом роскоши, но и почитался как величайшее достижение культуры Востока, был частью великого мифа о Востоке, его тайной. Однако, когда события более чем 40летней давности, связанные с «культурной революцией», ввергли Китай в эпоху хаоса и насилия, казалось, что вечные ценности отступили.

 Этот десятилетний период стал особым в истории китайской цивилизации: создавать красивое в период «культурки» считалось преступлением, соседи могли сообщить, куда следует, и тогда за виновником приходили хунвэйбины – «красные охранники» из недоучившихся студентов, старшеклассников, или цзаофани – «идущие против течения», «бунтари», как называли левацкую рабочую молодежь.

Под «чутким руководством» «банды четырех» культура и искусство в этот период свелись к набору немудреных лозунгов, к нескольким «образцовым» балетам и идеологически выдержанным предметам, которые приобретались для подарков, и, в лучшем случае, оседали в домах партийных бонз.

Так на смену традиционной культуре и знаменитым на весь мир тонкостенным вазам ручной работы пришел новый стиль, другие формы, нетрадиционные цветовые решения. Фарфор изготавливали вручную, в небольших количествах, и служил он единственной цели – воспеванию «великой пролетарской культурной революции».

Плакаты и призывы на белом золоте: «Долой ревизионистов!», «Если враг не сдается, его убивают!» и прочие вещи – устанавливались в ревкомах, в райкомах партии. Эти и другие работы – их более 300 предметов – можно было увидеть на выставке Маргариты Баржановой.

Впервые такое количество произведений прикладного искусства было представлено широкой аудитории.

Вот яркая фарфоровая статуэтка под названием «Ден Сяо Пина на свалку истории». Разве мог предвидеть автор, что именно Ден Сяо Пин станет главным «архитектором реформ» и именно при нем Китай достигнет сегодняшних экономических высот! Тут же фарфоровая девушка, забивающая камнем сельского кулака… Присутствуют и другие персонажи – Маркс, Ленин, Сталин, Мао.

Во время работы выставки наш корреспондент задала несколько вопросов Маргарите Баржановой.

– Маргарита Валерьевна, скажите, коллекционерами рождаются или все-таки в силу каких-то событий и обстоятельств становятся? Как было у вас?

– Собрать интересную коллекцию – дело не одного дня. Это достаточно большой и кропотливый труд. Мое увлечение китайским фарфором определила, пожалуй, тема дипломной работы мужа, который в 1980 году заканчивал Дальневосточный университет и был поглощен периодом «культурной революции» в Китае. Вскоре у него начались регулярные поездки в Китай. Увлеклась и я. Так собирательство стало нашим общим семейным делом. Я считаю, что если семья настоящая, то собиратель не может быть один. Если один из нас что-то находит, нельзя не посоветоваться – иначе никакого удовольствия.

Со временем подключились и дети. У меня трое дочерей. Старшая – уже взрослая, делает карьеру. Средняя  учится в МГУ, изучает китайский язык. Младшей всего четыре года, но на китайском она говорит лучше, чем на русском. Я – единственная в семье не говорю покитайски.

– Почему все-таки ваш выбор пал на период «культурной революции»?

– Предметов этого периода китайской истории нет в нашей стране. Не было ни одной выставки, нет ни одного собрания экспозиций.

– Изделия из фарфора несут след богатой культурной традиции. Что вы, как политик, взяли себе на вооружение?

– Первый урок китайской философии преподал мне Дзян Дзе Мин. Тогда, в 2002 году, я поинтересовалась у него, как Китай вступил в ВТО. Тогда он рассказал мне такую историю. По этому вопросу Китай вел долгие 15летние безуспешные переговоры. Результата не было. Но китайцы и не пытались форсировать события. Просто вели переговоры. И тут американская бомба попала в китайское посольство в Белграде. Спустя два часа Клинтон уже звонил по телефону в Пекин. Дзян Дзе Мин не подошел. Звонок через два часа – не подошел. Так было шесть раз. Через трое суток он поднял трубку. Первое, что воскликнул Клинтон: «Вы вступаете в ВТО на ваших условиях!»

Мне кажется, нашим политикам, которые за полчаса хотят решить серьезные вопросы, есть чему поучиться у китайцев. Надо выждать момент. Глядишь, ситуация изменится, повернется в нужную вам сторону. Мы видим: эта философия дает плоды.

– На выставке можно увидеть большое количество чаш, блюд, чайников, кружек. Но в силу известных политических причин фарфор того времени почти не имел практического применения. А вы китайскую кухню уважаете?

– Конечно! Впрочем, как и многие российские семьи, которые с удовольствием потребляют пельмени, манты! Не удивляйтесь, все это блюда китайской кухни! Часто готовлю карпа в красном соусе, баклажаны покитайски, кисло-острые огурцы. Моя семья очень любит и китайский салат.

– Вы столько лет увлечены культурой Китая! У вас есть своя разгадка тайны китайского фарфора?

– На мой взгляд, не надо пытаться разгадать эту тайну. Это невозможно. На примере предметов культуры Китая разных периодов мы можем лишь догадываться о том, как китайцы шли к тем экономическим успехам, которые у них есть сегодня.

– Какие цели ставили вы, когда открывали выставку?

– Мне, как и любому коллекционеру, очень интересна и важна общественная оценка коллекции. Хочется, чтобы выставку увидели и обсудили как можно большее количество людей. Это первое. Но есть и другая, более важная, на мой взгляд, цель – поддержать и развить интерес россиян к самобытной, богатой культуре Китая. «Культурная революция» – лишь краткий миг в долгой истории Китая. Но я уверена, что художественные памятники, собранные здесь, способны создать тот эмоциональный образ, который поможет нам лучше понять, чем жила одна из самых великих наций на планете в тот сложный и неоднозначный период.

– Маргарита Валерьевна, вы депутат, кандидат экономических наук, мать троих детей. Как удается все это совмещать?

– Это моя жизнь. Если бы не было чего-то одного, наверное, не было и всего остального. Мне так интересно жить…