За последние 10 лет от стихийных бедствий и техногенных катастроф в нашей стране погибли тысячи людей. Эти обстоятельства заставили органы здравоохранения коренным образом пересмотреть общегосударственную систему мероприятий по оказанию медицинской помощи пострадавшим. Для защиты и спасения людей от воздействия природных и техногенных катастроф в стране, начиная с 1996 года, стала функционировать новая отрасль здравоохранения – медицина катастроф. Сегодня каждый год экстренная медицинская помощь оказывается 80–90 тыс. пострадавшим в чрезвычайных ситуациях (ЧС). В этом участвуют более 10 тысяч врачей – они появляются в тех уголках страны, где случилась беда.

Наш гость – доктор медицинских наук, профессор кафедры медико-биологической защиты АГЗ МЧС России и кафедры «Медицина катастроф» Российской медицинской академии последипломного образования Алексей Иванович Лобанов.

– Медицина катастроф – молодая отрасль здравоохранения. Но катастрофы и стихийные бедствия происходили во все времена. Какими силами справлялись раньше?

– Весьма длительное время медицинская помощь и защита населения от разного рода стихийных бедствий, производственных катастроф, военной опасности и других факторов массового поражения возлагались на медицинскую службу гражданской обороны. Но опыт последних 15 лет показал, что во многих случаях действующие системы органов здравоохранения, гражданской обороны и ведомственных служб с опозданием реагировали на ЧС, недостаточно координировали свою деятельность.

Поэтому возникла необходимость создания общегосударственной системы мероприятий по оказанию медицинской помощи пострадавшим от катастроф, стихийных бедствий и других ЧС. Таким образом, в 1990 году была создана Служба экстренной медицинской помощи в ЧС, которая в 1996 году постановлением правительства была преобразована во Всероссийскую службу медицины катастроф (ВСМК).

– Врач любой специализации неизбежно сталкивается с человеческими катастрофами – с тяжелыми недугами, трагическими случаями. В медицине катастроф других случаев просто не бывает. Что еще в сфере ее деятельности?

– МК занимается прогнозированием ЧС, подготовкой сотрудников и ликвидацией последствий ЧС. В составе сил службы медицины катастроф сегодня имеется 82 центра медицины катастроф, более 500 штатных и 30 тысяч нештатных формирований.

– Экстренная медицинская помощь осуществляется выездными бригадами. Специалисты какого профиля туда входят?

– При формировании специализированных бригад службы медицины катастроф учитывается характер имеющихся потенциально опасных объектов и возможность возникновения стихийных бедствий, структура и демографические особенности региона. Это означает, что при наводнениях требуется больше инфекционистов, терапевтов, эпидемиологов и гигиенистов, при землетрясениях – больше хирургов и т.д. Но, должен заметить, редко случаются ЧС, в которых люди получают какое-то изолированное поражение. Чаще всего действуют различные поражающие факторы, в результате чего поражение носит комбинированный характер.

Поэтому успешное проведение операции по оказанию медицинской помощи в ЧС возможно только при объединении усилий специалистов разного профиля. Что касается уровня подготовки наших специалистов, то он ничуть не ниже зарубежного. Нас знают во многих странах. Да и по России поездили – Хабаровск, Южно-Сахалинск, Владивосток, Каспийск, Беслан...

– Ваши специалисты имеют достойную оплату?

– Это больше работа от сердца. Врачи, работающие в условиях ЧС, получают совсем небольшие деньги. Когда я был в Чечне, боевики застрелили двух санитарных врачей. Уверен, их командировочные исчислялись всего несколькими сотнями рублей.

– Когда корабль попадает в шторм, вся власть сосредотачивается в руках капитана. Кто координирует работу в ВСМК?

– Если случается несчастье, то в соответствии с законом для ведения аварийно-спасательных и других неотложных работ привлекаются силы и средства, принадлежащие различным ведомствам. Координирующая роль при этом принадлежит ВЦМК «Защита» Росздрава (в субъектах федерации управляют центры МК, в городах – станции скорой медицинской помощи). Во время нештатных ситуаций сюда стекается вся информация, принимаются решения. Думаю, проблема состоит в другом: предприятия, имеющие самостоятельный статус, нередко дистанцируются от мероприятий, которые проводят службы МК. Видимо, забывают, что все мы в одной лодке.

– Аварии, ДТП происходят у нас чуть ли не каждый день. В каких случаях мы говорим о чрезвычайной ситуации?

– Чрезвычайная ситуация – это обстановка на определенной территории, сложившаяся в результате аварии, катастрофы, опасных природных явлений, эпидемии, применения современных средств поражения, которые могут повлечь или повлекли за собой человеческие жертвы, нанесение ущерба здоровью людей, окружающей природе, среде, значительные материальные потери и нарушения условий жизнедеятельности людей. При ЧС возникает ситуация, когда на одного медика приходится не один, как в повседневной жизни, а сотни, а иногда и тысячи пораженных.

 В 1988 году, когда я в составе оперативной группы штаба ГО СССР работал после землетрясения в Армении, я увидел, что значат катастрофы такого масштаба. Я был свидетелем тому, как многие пострадавшие в ожидании медицинской помощи в начальный период после случившегося погибали. Уже в ходе работы нам пришлось менять тактику – ведь, как понимаете, здесь не могло быть очереди, как в обычной поликлинике или больнице. Мы начали осуществлять сортировку – отправлять легко раненых в больницы, тяжелых – оперировать.

Сама жизнь подсказала, что организация и режим работы органов здравоохранения, лечебно-профилактических и санитарно-эпидемиологических учреждений в условиях ЧС должны быть иными. Стандартные, шаблонные подходы здесь недопустимы.

– А захват нескольких заложников – это ЧС?

– Безусловно. Существует классификация, по которой в зависимости от количества пострадавших людей выделяют несколько уровней масштабов ЧС. Различают локальные, муниципальные, межмуниципальные, региональные, межрегиональные и федеральные ЧС. Так вот, локальная ЧС наступает, когда имеется до 10 пострадавших. С увеличением количества пострадавших уровень ЧС повышается.

– Любой страх знанием лечится. В былые времена подготовка и обучение населения основам по оказанию первой медицинской помощи начиналась со школы. Сегодня же мало кто знает даже, как делать искусственное дыхание.

– Многих трагедий можно было бы избежать, если бы оказавшиеся рядом с пострадавшими люди владели приемами первой помощи в ЧС. Ведь в подавляющем большинстве случаев первая медицинская помощь в первый период до прибытия спасателей оказывается в виде само- и взаимопомощи самими уцелевшими жертвами ЧС. Так было при столкновении поездов в Башкирии в 1989 году. Спасательные работы начались там только через несколько часов. До этого момента те, кто был в этом очаге, сами вылезли из горящих вагонов, стали оказывать друг другу помощь. Но многие погибли до прибытия спасателей.

 Большинство заложников «Норд-Оста» во время операции с применением специального вещества спаслись благодаря тому, что дышали через носовые платки, смоченные мочой. Это, между прочим, одно из подручных средств индивидуальной защиты. Иными словами, шансов выжить в любой ситуации больше, если владеть искусством выживания. Кстати, в крупных городах существуют учебно-методические центры ГО ЧС. Но нужны и новые способы обучения населения.

Мы ведь живем в век информации. Вот если бы наряду с рекламой дорогих товаров по телевидению пускать небольшие ролики о том, как оказать первую медицинскую помощь человеку – восстанавливать дыхание, накладывать шину, проводить закрытый массаж сердца, – мы бы спасли многие жизни. Ведь, по данным Всемирной организации здравоохранения, 20 процентов людей погибают только из-за того, что не была оказана первая медицинская помощь в ЧС.

– ВСМК скоро 15 лет. Можно ли подвести некоторые итоги деятельности?

– За сравнительно короткое время в стране создана мобильная, эффективно действующая система по спасению человеческих жизней в любых условиях и обстановке. Причем в последние годы на службу МК возложены также задачи медицинского обеспечения пораженных при локальных вооруженных конфликтах и террористических актах. Приведу лишь несколько примеров.

В Беслане при захвате заложников не было ни одного случая, чтобы кто-то из детей или их родителей погиб из-за несвоевременного оказания медицинской помощи. Рядом со школой развернул госпиталь Всероссийский центр МК «Защита». Сразу перестроили работу местной больницы, в которую направили поток пораженных. После оказания экстренной медицинской помощи раненых детишек самолетами направляли в Москву.

СМИ рассказывали о мальчике по имени Азамат – у него было тяжелейшее ранение в области живота. Ему оказали квалифицированную помощь прямо на месте в лечебном учреждении, а потом в сопровождении реаниматолога доставили в одну из лучших больниц Москвы. Мальчик остался жив. Это произошло благодаря усилиям многих людей службы медицины катастроф. Вот что такое МК – хорошая медицина в плохих условиях.